Можно ли считать казахстанцев с инвалидностью иждивенцами?

Поддержка есть, но нужно развивать инклюзию

Malim Админ

  • 13.12.2021

Граждан с инвалидностью в Казахстане нередко упрекают в иждивенстве, особенно когда те требуют улучшить соцподдержку. До сих пор правительство не ответило на петицию о проблемах низких пособий, направленную активистами в начале декабря. И чем дольше сохраняется статус кво, тем больше общество плодит стереотипов о людях с инвалидностью. Наш автор Айслу Асан решила выяснить, насколько справедливо считать их иждивенцами и созданы ли в стране достаточные условия для того, чтобы люди с инвалидностью не зависели от соцпособия.

«Плюшки» от государства

С 2019 года правительство обещает почти революционные изменения в системе трудоустройства людей с инвалидностью, и шаги предприняты вполне прогрессивные. Уже действует механизм субсидирования зарплат и создания специальных рабочих мест. Это когда государство компенсирует предпринимателям расходы на оплату труда, подготовку и трудоустройство сотрудников с инвалидностью - установку пандуса и адаптацию туалета для сотрудника на коляске, например.   

Читайте также: Гуля Жакупова: Население целого города унесли суициды за 30 лет в Казахстане

Центры занятости населения предлагают вакансии и для соискателей, не имеющих образования – это общественные работы. То есть, квалификация и опыт не обязательны, занятость временная, не более 12 месяцев с полным субсидированием зарплаты. В 2021 году оклад на общественных работах в столице составил - 85000 тенге, 73000 тенге на руки, в регионах сумма может быть меньше.

В штате предприятия по производству биопакетов Мираса Аббасова работают несколько сотрудников с инвалидностью. Он подавал заявку на субсидирование социальных рабочих мест, но воспользоваться государственной поддержкой у предпринимателя пока не получается.

- Количество субсидий каждый год разное. Субсидированных мест по городу Нур-Султан на всех не хватает, хотя сам инструмент поддержки, как безработных, так и предпринимателей, хороший. Ребят с инвалидностью, которые у нас сейчас работают, нельзя подать на субсидии, так как они уже трудоустроены, - делится предприниматель.

На снимке: Мирас Аббасов

По словам чиновников столичного акимата, заработная плата сотрудников субсидируется государством только 6 месяцев, до 35% от заявленной работодателем в размере одной минимальной заработной платы – 42500 тенге.  Через полгода бизнесмен сам оплачивает труд сотрудников. 

 Мирас Аббасова уже закупил сигнальное оборудование для людей с особенностями слуха и зрения, организовал доступность для сотрудников, передвигающихся на коляске. Предприниматель планирует подавать заявку на субсидирование специального рабочего места. Но проблема в том, что субсидию можно получить только после полной адаптации рабочего места для потенциального сотрудника с инвалидностью, а это немалые суммы. Например, подготовка рабочего пространства для слабовидящего человека может достигать 1,5 млн тенге, так что субсидии покроют лишь незначительную часть расходов.

В числе «плюшек» от государства за трудоустройство людей с инвалидностью – налоговые преференции. Бизнес освобождается от уплаты социального налога и НДС, если производимые товары реализуются внутри страны, и в штате работает не меньше половины сотрудников с инвалидностью. Мирас Аббасов говорит, что его предприятие подходит под эти критерии, поэтому поддержка государства для него весьма ощутима.

Проблема в том, что аналогичных производств в Казахстане не так много. По мнению правозащитника Вениамина Алаева, предприниматели видят в привлечении сотрудника с инвалидностью пока только лишние хлопоты, а нужно, чтобы брать на работу было выгодно.

- На мой взгляд, было бы здорово, если бы государство индивидуально подходило к  субсидированию рабочего места. Сейчас все стандартизировано, есть определенная сумма субсидий, которой недостаточно. Если бизнесмену скажут: возьми сотрудника с инвалидностью на работу, получишь тендер, будешь обшивать варежками Вооруженные силы страны, в противном случае к тендеру тебе не подступиться, то 100% инвалидов будут трудоустроены, - считает Алаев. (на снимке справа)

На снимке: Вениамин Алаев (справа)

 

По данным Министерства труда и социальной защиты населения, за минувшие три года государство субсидировало 125 специальных рабочих мест на сумму 189 891 000 тенге.

Гражданам с инвалидностью помогают трудоустроиться и государственные программы. По официальным данным, с 2019 по программе развития продуктивной занятости и массового предпринимательства «Еңбек» и проекту «Бастау бизнес» 4,5 тысячи человек с инвалидностью прошли обучение основам предпринимательства, 535 из них стали обладателями грантов, 133 человека получили микрокредиты. Вне программы микрокредиты получили еще 1149 человек, 1061 из них открыли собственное дело, 3048 человек получили гранты. Все эти показатели кажутся многообещающими. Но статистика все расставляет на свои места.

По официальным данным на декабрь этого года, в Казахстане 424,5 тысяч граждан с инвалидностью трудоспособного возраста. За три квартала этого года численность трудоустроенных составила всего 13, 1 тысяч человек. В прошлом году показатель был лучше - 17,5 тысяч, а в 2019 – 16,7 тысяч.

Что будет дальше, никто не знает

Михаилу Гвоздеву из Петропавловска 39 лет. У него рассеянный склероз - сбои иммунной системы. Мужчина передвигается при помощи трости.

 - Я работаю в Отделе занятости и социальных программ в акимате города Петропавловска с ноября. Договор у меня только до конца этого года. Буду ли работать дальше, пока не знаю. У меня есть высшее образование. Если со мной снова заключат договор на общественные работы, то попытаюсь сдать экзамен на госслужбу, - говорит он.  

Заключить договор с этой организацией Михаил Гвоздев уже не сможет, так как субсидии на трудоустройство выделялись по Программе развития продуктивной занятости и массового предпринимательства «Еңбек», а рассчитана она только на период с 2017 по 2021 годы.

Временное трудоустройство – главная проблема людей с инвалидностью, получивших работу при поддержке государства. С одной стороны, логика властей понятна: государство должно поддерживать уязвимые группы только на первых этапах, когда работнику нужен опыт и минимальные трудовые навыки, дальше он должен реализовывать себя сам. Но созданы ли в стране для этого необходимые условия? – большой вопрос.

Читайте также: Эксперт PaperLab: В Казахстане созрел «новый активизм»

Несколько лет в стране действует законодательство, согласно которому организации и предприятия должны принимать на работу людей с инвалидностью. Но эта норма совсем не обеспечила рост показателей трудоустройства. Предпринимателям выгодней заплатить штраф до 10 МРП, чем тратить ресурсы на оборудование рабочего места. По данным столичного акимата, сумма субсидии на создание одного рабочего места для человека на коляске в 2021 году составила 170 тысяч тенге. Гораздо больше денег выделяется на людей с проблемами слуха - 537 тысяч. Предприниматели не понимают логику, ведь создать место для человека на коляске обходится гораздо дороже.

Поддерживает государство и предоставлением индивидуального помощника — это специалист, который помогает человеку с инвалидностью выходить из дома и передвигаться, в том числе и на работу. По данным Минтруда, в Казахстане 38,6 тысяч человек нуждаются в индивидуальных помощниках. Из них 37,5 тысяч пользуются их услугами – это очень хороший показатель.

 «Мы вам перезвоним»

Кенжегул Сеитжан из Алматы долго искал работу по найму. На ярмарках отделов занятости и социальных программ десятки компаний предлагают вакантные места. Но условий для работы людей с инвалидностью у них нет – это элементарные пандусы, разметки для людей с проблемами зрения, комфортные уборные и т.д. Поэтому все собеседования с Кенжегулом заканчивались фразой «Мы вам перезвоним».

“Даже мои коллеги в гостиничном бизнесе не хотят брать на работу сотрудников с инвалидностью. Хотя во всем мире в сфере услуг работают не только люди с явной инвалидностью (передвигающиеся на коляске, с полным отсутствием зрения и т.д.), но и с ментальными нарушениями - с синдромом Дауна, например. У меня мечта - создать компанию, где 70% сотрудников будут с инвалидностью. Я хочу, чтобы у людей с инвалидностью была возможность заработать, реальные крутые рабочие места, и не было психологии иждивенчества. Клиент в мой хостел придет в любом случае, но когда он знает, что это деньги еще и в карман человека с инвалидностью, привлекательности у компании еще больше”, - делится Кенжегул.  

По данным  Минтруда, в 2021 году спецуслуги в рамках госзаказа оказывают 164 некоммерческие организации. Правозащитник Вениамин Алаев говорит, что НПО привлекают на работу людей с инвалидностью через Центры занятости. Заработная плата сотрудников субсидируется государством до 35%, но высококвалифицированный труд требует более высокой оплаты, чем покрывают субсидии.

- Мы не пользуемся услугами субсидирования социальных рабочих мест. У нас в организации 3 юриста с инвалидностью работают по обычному  трудовому договору с учетом физических ограничений. Также нам не удобен надзор государства, который усилился после того, как 3 года назад много организаций оказалось в коррупционном скандале с "мертвыми душами". В контексте трудоустройства люди с инвалидностью делятся на три категории. Первая - трудоспособные, вторая - кто могут работать на специально созданных местах. Но есть и те, кто не может трудиться. И им нужна дополнительная поддержка, - говорит Алаев. 

Хорошо зарабатывать можно, но не хватает амбиций  

У Бибайши Юсуповой из Кызылорды цех по пошиву приданого. 5 лет назад предпринимательница получила грант - 250 тысяч тенге на развитие своего дела от фонда “Даму”, и купила швейные машинки.

- Мне нужны были работники, я решила взять людей с инвалидностью. Два года женщины на коляске и ходячие с тростью проработали в моем цехе. После они решили работать на дому. И это понятно - не нужно куда-то ехать, работаешь рядом с детьми, тем более здоровье не всегда хорошее. Они, как и я, открыли свой бизнес. Заработать на пошиве приданого можно от 60 до 300 тысяч тенге в месяц, - говорит Бибайша Юсупова.

Получается, что желающие трудиться могут зарабатывать, и совсем неплохие деньги. У предпринимательницы Айгуль Сейтжапаровой из Актобе есть вакансии на позиции офис-менеджера, специалиста для соцсетей, дизайнера, сметчика компании по разработке проектно-сметной документации. Айгуль хочет быть полезной обществу, и готова предоставить рабочие места людям с инвалидностью даже без расчёта на государственную поддержку. Но очереди из желающих поработать у ее офиса нет.     

- Мы при приеме на работу проводим тестирование, чтобы понимать, насколько человек развит интеллектуально, оцениваем его личностные качества и эффективность.  Перед тем, как ввести в должность мы даем обучающий материал на продуктивность. Не так давно Центр занятости подобрал нам по требованиям человека на вакансию специалиста по работе с соцсетями. Парень сказал, что у него нет доступа к интернету, нет компьютера, чтобы пройти тест. Ну, телефон же есть, решили мы, и отправили ссылку на почту. Так вот, он все равно слился. Также был опыт, когда сотрудник с проблемами слуха на позиции дизайнера готовил эскизные проекты, дополнительно его обучали. Он проработал около года, и ушел мыть посуду в кафе, - рассказывает предпринимательница.

Как это работает в Израиле

Айгуль Сейтжапарова вместе со своей командой изучала опыт интеграции людей с инвалидностью в Израиле. Там, если есть место работы для сотрудника с инвалидностью, то и требования ко всем одинаковые. Люди с детства психологически подготовлены жить обычной жизнью и трудиться, ждут очереди на работу. Частные компании, привлекающие сотрудников с инвалидностью, получают полную государственную поддержку в подготовке рабочего места. В государственных структурах также работают люди с ограниченными возможностями. Эксперты в Израиле считают, что если в течении трех лет не трудоустраивать человека по специальности, его компетенции могут существенно снижаться.

- Нужно открыто говорить о реальной ситуации на рынке, что люди с инвалидностью не всегда могут работать, они психологически не подготовлены, - говорит Айгуль Сейтжапарова. - Столкнувшись со стрессом, они самостоятельно не могут справиться с ситуацией, поэтому им остается жить на пособие и адресную помощь. А им нужна социальная, психологическая поддержка, чтобы социализироваться, создавать семьи, работать. Все предложения из опыта других стран нами были направлены в НПП «Атамекен» для включения в законопроект о социальном предпринимательстве. Также в Министерстве труда была организована встреча, где наша компания поделились опытом и знаниями, полученными в поездке.

Инклюзия хромает

Эксперт исследовательского центра PaperLab Ирра Бельфер считает, что квотирование в сфере трудоустройства людей с инвалидностью – это положительные перемены, которые задают направление дальнейшего совершенствования социальной политики. Вместе с тем, она указывает на проблемы построения инклюзивной среды, то есть комфортной для всех граждан, включая людей с инвалидностью. Без этого ни одна система поощрения трудоустройства эффективно работать не будет. Именно инклюзия помогает сделать так, чтобы участие человека с инвалидностью в общественной жизни, его самореализация стали нормой, а не удивительным исключением.

- При создании любой программы, объекта, закона авторы должны задаваться вопросом о том, как разные группы населения смогут воспользоваться этим продуктом, перепроверяя себя на каждом этапе, не забыли ли они о ком-то, не создадут ли они проблемы в будущем, например, для людей с инвалидностью. Условно: у вас есть вакансия, и вы хотите предложить ее человеку, который передвигается на кресло-коляске. Есть ли у вас доступ в здание для человека на кресло-коляске? Есть ли пандус? Удобен ли он или это скользкая горка? Ваш офис расположен на первом этаже? Если нет, то есть ли у вас удобный лифт с широким проемом, или у вас есть только лестница? Туалет в вашем офисе доступен для человека на кресло-коляске? Эти вопросы к работодателю, которому нужно сделать помещение доступным самостоятельно. Можно получить небольшую сумму из бюджета - субсидию, но ее хватит далеко не на все.

Это только малая часть вопросов, которая даже не затрагивает путь человека от дома до офиса, доступен ли он? Использует ли человек общественный транспорт или ему приходится вызывать специальное инватакси, которое работает по собственному графику и может не совпадать с вашим рабочим днем? А если мы пойдем дальше и рассмотрим другие сферы жизни человека, такие как получение образования, опыта работы и так далее, которые нужны для трудоустройства? - объясняет Ирра Бельфер.

Эксперт напоминает, что в нашем обществе долгое время существовало восприятие инвалидности как медицинской модели, согласно которой жизнь человека с инвалидностью «другая», потому что его диагноз возводит вокруг него "барьеры". 

- Достаточно сложно держать человека в условиях, где он может выживать только за счет «помощи» других, а потом в один момент изменить повестку на: мы же живем в инклюзивном обществе, почему вы так много хотите от государства?  - говорит Ирра Бельфер. - Инклюзия не сводится только к тому, чтобы предоставить квоту на рабочее место, это не одно решение, а комплекс процессов, задача которых формировать возможности и условия таким образом, чтобы доступ к чему бы то ни было не менялся от того, есть у человека инвалидность или нет.

Читайте также: Айнаға қарау қиындап кетті - сүт безі қатерлі ісігіне шалдыққандардың хикаясы

Оценить степень заинтересованности правительства и отдельных акимов регионов в создании условий для трудоустройства людей с инвалидностью непросто, хотя бы потому, что в открытом доступе очень мало информации. Но иногда говорят о многом простые детали. У Минтруда нет данных уровня средней зарплаты людей с инвалидностью, а в аналитических докладах Центра трудовых ресурсов, где можно оценить показатели занятости молодежи, например, нет категории «люди с инвалидностью».

Айслу Асан

Байланысты жаналықтар

Снижение пенсионного возраста в Казахстане. Почему это нереально?

29.06.2022

В Казахстане уничтожают независимое наблюдение за выборами – эксперт

10.11.2022

Арестовали экс-заместителя Масимова

07.02.2022

Право на материнство. О чем думают казахстанки с инвалидностью, желающие родить ребенка

15.03.2022

ЕНТ для детей с инвалидностью: доступ есть, а доступности нет

10.06.2022

Не видеть цифру. 89 тысяч казахстанцев с проблемами зрения ограничены в цифровых правах

21.01.2022
MalimBlocks
Снижение пенсионного возраста в Казахстане. Почему это нереально?

Вопрос снижения пенсионного возраста для женщин в Казахстане считается наиболее проблемным. Фокус-группы исследовательского центра PaperLab, проведенные накануне референдума о поправках в Конституцию этого года, например, показали, что в числе других вопросов на всенародное голосование опрошенные хотели бы вынести вопрос пенсионки.

В Казахстане уничтожают независимое наблюдение за выборами – эксперт

Безмолвная группа людей, сидящая на избирательном участке в сторонке, редко привлекает внимание казахстанцев, но все больше обращает на себя внимание властей. Это о них, независимых наблюдателях, в этом году так часто говорили в парламенте. Депутаты даже решили перекроить выборное законодательство, называя вводимые поправки своевременными и нужными. О том, так ли это на самом деле, и к чему готовится команда независимых наблюдателей фонда «Еркіндік қанаты» на предстоящих выборах, мы поговорили с его соучредителем, юристом Романом Реймером.

Арестовали экс-заместителя Масимова

Уголовному делу присвоен гриф "совершенно секретно"

Право на материнство. О чем думают казахстанки с инвалидностью, желающие родить ребенка

Обычное для многих женщин желание иметь ребенка для казахстанок с инвалидностью часто становится сложной дилеммой между личным выбором, следованием общественным стереотипам и врачебным запретам. В последние годы взгляды врачей на возможности женщин с инвалидностью рожать детей стали более прогрессивными. Вместе с тем, бывают случаи, когда беременность и роды могут серьезно угрожать жизни будущей матери, и врачи категоричны в своих оценках и прогнозах. Наш автор Айслу Асан пишет об историях героинь, некогда стоявших перед самым сложным выбором в своей жизни.

ЕНТ для детей с инвалидностью: доступ есть, а доступности нет

В этом году Минобразования и науки увеличило время ЕНТ для абитуриентов с нарушениями зрения, слуха и опорно-двигательного аппарата на 40 минут. Кроме того, есть варианты тестов без рисунков, диаграмм и схем, а также возможность сдавать ЕНТ в отдельной аудитории, в присутствии помощника. Проблема только в том, что большая часть детей с инвалидностью до кабинетов ЕНТ не доходят.

Не видеть цифру. 89 тысяч казахстанцев с проблемами зрения ограничены в цифровых правах

Почему цифровая инклюзия важна для всех казахстанцев?